Гурченко Людмила Марківна

Гурченко Людмила Марківна (1935–2011) — радянська акторка та співачка, народна артистка СРСР.
Народилась у Харкові. Восени 1944 року склала іспити до музичної школи ім. Бетховена в «клас охорони дитячого голосу». З 1944 по 1952 рік навчалась у ДМШ № 1 ім. Л.Бетховена (сольний спів, клас викладача М.В.Тафт).

Л.М.Гурченко. Аплодисменты (отрывок из книги)

Музыкальная школа.

Люся Гурченко в дитинствіОсенью 1944 года в моей жизни произошло знаменательное событие — я поступила в музыкальную школу имени Бетховена.
Папа прислал посылку, в ней «для дочурки» юбочка в складку со шлейками, блестящая крепсатиновая кофточка, рукава фонариком. Мама на меня все это надела, а на голове завязала огромный белый бант. Такую нарядную и привели меня на экзамен в музыкальную школу.
Когда мы появились, в коридоре уже было много детей с родителями. Мы заняли очередь, и я стала изучать детей, гадая, кто на что способен. Прозвенел колокольчик, и нас впустили в экзаменационный зал. За большим столом сидели учителя во главе с директором школы Николаем Алексеевичем Хлебниковым (у автора ошибочно написано Николаевичем). Набирались классы по фортепиано и класс «по охране детского голоса». В него-то я и поступила.
На экзамене дети должны были:
1. Что-нибудь спеть.
2. Повторить музыкальную фразу, которую играли на рояле.
3. Отбить в ладоши предлагаемый ритм.
Вот и все. А я так нервничала!
Но что дети пели! — и «В лесу родилась елочка», и «Мы едем, едем, едем в далекие края». А некоторые были такие стеснительные и зажатые, что из них чуть ли не клещами вытягивали «Чижика-пыжика». Я ждала своей очереди. Меня бил озноб от нетерпения и возмущения. Как можно петь такую чушь? Ведь это поют в три года. Есть столько прекрасных сложных песен. В девять лет их пора бы уже знать. Мы с мамой подошли к роялю.
— Что ты нам споешь, девочка?
— А что пожелаете. Могу спеть патриотическую, могу лирическую, о любви — какую скажете. Могу исполнить песню с жестикуляцией…
— С чем?
— С жестикуляцией.
Все оживились.
— Ну-ка, ну-ка, интересно, интересно…
Я откашлялась, как это делают профессиональные певицы, и запела «Про Витю Черевичкина».
Учителя рыдали от смеха, глядя на мою «жестикуляцию».
А я ни на кого не смотрела, «дула свое». А потом, не дав им опомниться, запела самую взрослую песню — «Встретились мы в баре ресторана»: «Где же ты теперь, моя Татьяна, моя любовь и наши прежние мечты…»
В музыкальную школу меня приняли безоговорочно. Экзамен прошел на «ура!»…

Л.Гурченко поряд зі своїм викладачем співу Тафт М.В. ДМШ № 1 ім. Л.Бетховена. Початок 50-х рр. ХХ ст.Моим педагогом по пению была Матильда Владимировна Тафт. Училась я у нее легко, с удовольствием. Она первая занялась моим воспитанием, моей речью, заставляла меня читать. В начале урока я рассказывала прочитанное своими словами. Два года наш урок по пению всегда начинался с этого. Мне стоило огромных усилий и напряжения следить за своей речью, чтобы не проскользнули лишние словечки – «словесный мусор».
Матильда Владимировна говорила, что песни я пеку «как блины». Дважды она мне никогда ничего не повторяла. Я с ходу запоминала интонацию, краски, дыхание. И еще мы боролись с моей шепелявостью.
А вот по теории музыки дело у меня шло очень плохо. Во-первых, я долго учила ноты. Тут я точно пошла в папу! Тупо смотрела на доску с интервалами, на бемоли, диезы, ключи… Было ужасно скучно. Я совсем не понимала, как писать диктант нотами. Как это нотами записать мелодию? Да я лучше пропою эту мелодию!
Так же безнадежно было с занятиями по фортепьяно. Я училась у Ольги Александровны Хлебниковой (у автора ошибочно написано Николаевны) – сестры директора музыкальной школы. Жила она на Рымарской, около сада Шевченко, вместе со своей сестрой. Им обеим было лет по семьдесят. Большая комната перегорожена шкафами на две половины. На половине Ольги Александровны стоял огромный расстроенный рояль. Как хотелось на нем поиграть! Дома у нас инструмента не было, и я всегда приходила на занятия с невыученными уроками. На дом Ольга Александровна задавала мне одно и то же задание, и дальше Гедике и Майкапара мы не потянули.
В музыкальной школе меня держали за отличную успеваемость по основному предмету. И дирекции пришлось закрыть глаза на мои «хвосты». Зато, как только концерт или ответственное выступление… «У нас есть замечательная ученица, наша лучшая ученица, она обязательно у вас выступит».
«Просветления» у меня происходили всегда внезапно. Однажды вдруг наступила ясность, как писать нотный диктант. Чтобы проверить себя, я пошла на занятие по теории музыки. Педагог уже давно не видела меня на уроках и была удивлена моим появлением. Я написала диктант. Одна неточность, все остальное правильно! Как же я была довольна! Сообразила! Значит, не болван. Но скоро опять остыла, забросила теорию, до гармонии так и не дошла. Сейчас очень жалею об этом.
А занятия по роялю, несмотря ни на что, мне нравились. Ольга Александровна меня не ругала. Она понимала, что без инструмента далеко не уедешь, любила меня и даже поила чаем с вареньем. Ее дочь была замужем за певцом – народным артистом СССР М.Гришко, и Ольга Александровна этим очень гордилась. Над диваном висел его портрет. На стенах висели его фотографии в ролях, коричневатые овальные фото господ, одетых в старинное: мужчины в пенсне и манишках, дамы в шляпах с перьями, с голыми плечами и толстыми нитками жемчуга. Под стеклом в шкафу — огромные старинные книги, часы в углу, двухметровой высоты, били через каждые пятнадцать минут. Сама Ольга Александровна была вся обвешана цепями, в больших серьгах, с часами на груди. Мне все очень нравилось, все у нее было так интересно!
А в конце занятий мы играли в четыре руки. Ольга Александровна доставала из шкафа потрепанный старинный сборник для игры в четыре руки и торжественно ставила его на пюпитр. Моя задача была легкой. Я играла тему двумя руками через октаву, по одной ноте и одним пальцем. А на аккомпанементе – Ольга Александровна. Она брала мощные, красивые аккорды. Я иногда останавливалась, чтобы перевести дух от восторга — так мне нравилась игра в четыре руки!
Начинали мы всегда с одного и того же этюда. Я заметила, что в это время Ольга Александровна всегда преображалась, молодела и вся светилась.
Я читала ноты медленно; если не могла с ходу прочесть, то голосом помогала себе, пока не найду на рояле нужную ноту. Глядя на меня, Ольга Александровна всегда смеялась.
Но эту мелодию, этот этюд, почему-то подпевать мне категорически запрещалось. Мелодия была очень торжественная, похожая на похоронный марш. Я помню, что в этом толстом потрепанном сборнике этот этюд шел под номером один.
…Как-то по телевизору шел фильм. У меня были гости, играла музыка, было весело. Кажется, был мой день рождения… И вдруг сквозь шум веселых голосов и громкую музыку отделилась очень знакомая мелодия. Меня пронзило! Что это за мелодия? Я ее знаю. Но откуда она мне так хорошо знакома? Ну где я ее слышала?
Я оставила гостей и подошла к телевизору. Уже не помню названия картины… фильм о революции, где рабочие и крестьяне свергают самодержавие… на экране эту мелодию торжественно пели люди в белых манишках и пенсне, белогвардейские генералы, с ними рядом стояли женщины с голыми плечами и толстыми нитками жемчуга…
…И вдруг ясно и четко всплыло: Ольга Александровна слева от меня, с высокой прической, как у моей бабушки… мы играем в четыре руки этюд номер один, и мне категорически запрещается подпевать: «Боже, царя храни…».

Л.Гурченко у фільмі «Карнавальна ніч»В 1953 році після закінчення загальноосвітньої та музичної шкіл, Людмила Гурченко поїхала до Москви та вступила до Всеросійського державного інституту кінематографії.
В 1956 році отримала першу головну роль у кінофільмі Ельдара Рязанова «Карнавальна ніч». Режисер згадував: «Талія у Гурченко була тонкою до неправдоподібності. А темперамент бив у всі барабани».
Зйомки фільму тривали всього п’ять місяців, а «Пісенька про п’ять хвилин» вмить облетіла країну. Л.Гурченко зарекомендувала себе як актриса з яскравими вокально-естрадними даними.
Успіх фільму зробив Гурченко мегазіркою за один день. Проте подальша акторська доля Людмили складалася не просто. Нову популярність вона здобула тільки в 70-х роках ХХ сторіччя.
В період з 1956 по 2010 роки Л.Гурченко знялася більш ніж у 80 кіно- та телефільмах.
У 1999 році Л.Гурченко було присвоєне звання «Почесний громадянин міста Харкова».
Померла Людмила Марківна 30 березня 2011 року в Москві.